Персоны 
AZ
Ильхам Алиев
Политический мукбанг Пашиняна: пирожки, кукуруза и миллионы просмотров
Премьер-министр Армении последние месяцы стабильно кормит не только себя, но и алгоритмы соцсетей.
Видео, на которых Никол Пашинян ест, собирают в разы больше просмотров, чем его обычные посты. Пирожок в автобусе — почти 2 миллиона. Кукуруза в компании министров — почти полтора миллиона. Шароц, жареные пирожки, горячая картошка, женгялов хац, чай с пастилой — всё это тоже попало в кадр и набрало сотни тысяч просмотров. Сначала премьер ел в автобусе, потом перешел за стол. На тарелке сибех (сезонное блюдо из дикоросов), в руках палочки, Пашинян жадно раскрывает рот и отправляет туда длинные ростки. На другом видео хлебает ложкой насыщенно-зеленый суп из пиперта, взгляд невольно притягивается.
Обычные обращения к гражданам, посты о делах политических — редко набирают 200–300 тысяч просмотров. Разница очевидна. И она заставляет задуматься: почему премьер-министр превращается в блогера жанра мукбанг? И что стоит за этой странной, на первый взгляд, тактикой?
Для тех, кто споткнулся о незнакомое слово, рассказываем — мукбанг — это жанр блогерского видео, где человек ест на камеру. Да, просто ест, самую разную еду — и экзотическую, и обычную, чавкает, выражает удовольствие.
Еда как политический инструмент
Политтехнологи давно знают: социальные сети любят простые, телесные, почти примитивные сигналы. Человек, который ест, — безопасен. Он свой. Он не говорит сложных слов, не требует напряжения ума. Жует — значит, живёт обычной жизнью.
Пашинян, чей рейтинг по разным оценкам колеблется в районе 17–24%, остро нуждается в эмоциональной подпитке. Традиционные политические коммуникации работают всё хуже. Люди устали от обещаний, кризисов, войны и инфляции. Им нужен не политик, а персонаж. Уютный, понятный, почти домашний.
Мукбанг в этом смысле — идеальный инструмент. Он не требует аргументов, не провоцирует на сложные вопросы. Он просто показывает: «Я здесь, я с вами, я ем то же, что и вы». Пока премьер с аппетитом хлебает зелёный суп, в Ереване пенсионеры считают копейки, чтобы дотянуть до следующей выплаты. И эти две картинки плохо склеиваются в одну реальность.
Мукбанг как жанр зародился в Южной Корее, и корейские политики первыми оценили его потенциал. Бывший лидер правящей партии «Сила народа» Хан Дон Хун сделал поедание баранины на шампурах в прямом эфире своей визитной карточкой — его мукбанги собирают до 800 тысяч просмотров, а после проигрыша на праймериз он включил камеру сразу же, чтобы поблагодарить подписчиков. Лидер оппозиции Ли Джэ Мён предпочитает более традиционный формат: ест на рынках, общается с продавцами и избирателями. А кандидат от консервативной партии реформ Ли Джун Сок записал мукбанг прямо в машине по дороге на кладбище предков — рассказывал о политических планах и одновременно перекусывал.
Второй момент — работа алгоритмов социальных сетей. Основные социальные сети политика — Instagram и Facebook (обе соцсети принадлежат Meta и запрещены в России). Если видео набирает много просмотров и люди досматривают его до конца, то в лентах такой контент начинает показываться пользователем активнее, даже тем, кто еще не подписан.
Цифры против имиджа
Но есть и обратная сторона. Политик, который ест на камеру, рискует превратиться в мем. И уже превратился. Комментарии под видео — это бесконечный поток иронии, сарказма и откровенных насмешек.
«Премьер-министр-бутерброд», «Гастрономический глава правительства» —
народное творчество не щадит.
Более того, международный имидж тоже страдает. Хотя эту стратегию Пашиняну, скорее всего, прописали западные политтехнологи — мол, так вы будете «своим» для избирателя. Но западные же дипломаты, глядя на эти видео, вряд ли воспринимают армянского премьера всерьёз. Вместо анализа геополитических вызовов — пирожки на камеру. Это не просто десакрализация власти — это её деградация в публичном поле.
Игра на понижение
Самый большой риск — не в том, что Пашиняна перестанут воспринимать всерьёз. А в том, что он сам перестанет чувствовать грань между публичным и смешным. Политик, который ради просмотров готов жевать на камеру, теряет главное — монополию на уважение.
Когда лидер государства опускается до уровня дешёвого блогера, он проигрывает вдвойне. Он не получает настоящего доверия — только дешёвые лайки. И одновременно разрушает тот минимальный авторитет, который ещё оставался.
Мукбанг-эпопея Пашиняна — это симптом. Власть, которой нечем крыть, показывает себя. Буквально. Но съеденный пирожок не возвращает ни Арцах, ни национальную идентичность, не заставляет экономику работать. А миллионы просмотров, увы, не голосуют на выборах.
Тема:
Персоны:
Никол Пашинян ;
Рубрика: Политика || Дата: 06 апрель 2026 16:01
Армен Гаспарян: в Армении сбываются мои самые страшные прогнозы. Но остался последний шанс