Абсурд по-армянски: как сказка о мертвом Кикосе учит писать бестселлеры
В Москве прошел мастер-класс по писательскому мастерству, литературовед Гаянэ Степанян рассказала, как сказка о мертвом Кикосе учит писать бестселлеры
Кому будет интересен этот материал:
тем, кого интересует писательское мастерство;
тем, кому интересно творчество Ованеса Туманяна.
В Москве прошел мастер-класс по писательскому мастерству. Откуда берутся истории, которые хочется перечитывать снова и снова? Почему одни сюжеты живут веками, а другие забываются? Ответы на эти вопросы вместе с участниками первой встречи Летней мастерской Армянского музея искала писатель и литературовед Гаянэ Степанян.
Эксперт обратилась к знаменитой сказке Ованеса Туманяна «Смерть Кикоса». Но вместо привычного школьного разбора гости оказались втянуты в настоящее детективное расследование. Главным выводом вечера стало то, что хороший текст узнается не по объему, а по способности вмещать больше смысла, чем слов. Подробнее — в репортаже «Ереван Первый».
При чем тут Франц Кафка?
Гаянэ Степанян, писатель и член научно-методического совета ГЛЭДИС, начала с интригующего признания. Оказывается, мысль взять именно «Смерть Кикоса» пришла к ней внезапно, когда она готовила лекцию о Франце Кафке.
Первый же вопрос лектора вызвал полемику в зале. Сказка — это реализм или притча? Зрители неожиданно разошлись во мнениях. Кто-то назвал историю «реалистичным жизнеописанием», кто-то — «сказочной историей». Но самый точный и неожиданный ответ дал участник по имени Александр, определивший жанр как «притча без морали».
Именно это определение и стало отправной точкой. Степанян пояснила, что настоящая притча отличается от басни тем, что описывает глубинные ситуации, которые могут случиться абсолютно с каждым.
Завязка, кульминация, развязка — как их найти?
В известной армянской народной сказке отец отправляет дочь за водой к роднику. Девочка воображает, что вырастет, выйдет замуж, родит сына по имени Кикос, который полезет на дерево, упадет и разобьется. Вся семья начинает горько оплакивать еще не рожденного мальчика, забыв о работе и воде.
Мастер-класс был построен как писательский практикум. Лектор напомнила золотое правило любой истории: три основных элемента — завязка, кульминация и развязка. Однако участники быстро поняли, что в этой короткой сказке всё не так однозначно.
Спор был жарким. Участница Милана остроумно назвала кульминацию «коллективной шизофренией», когда плач одной дочери подхватывают остальные. А финал — появление отца — был признан развязкой, которая возвращает всех с небес на землю.
Но главный секрет, который раскрыла Степанян, касался создания персонажей. У Туманяна нет длинных описаний внешности или одежды. Как же читатель сразу понимает, кто перед ним: умный отец или эмоциональные, доверчивые женщины?
И здесь прозвучал главный лайфхак для начинающих авторов, который запомнили все присутствующие:
Мужское и женское
Отдельной темой обсуждения стала система персонажей. В аудитории развернулась дискуссия о том, как автор характеризует отца. Участники пришли к выводу: женщины в этой истории отвечают за эмоциональную, почти иррациональную веру (дочь вообразила себе замужество, рождение сына и его гибель за считанные минуты), а отец — за холодный разум.
Однако Степанян тут же предостерегла публику от смешивания авторской позиции и собственного восприятия.
Переписали финал
Вторая часть встречи была посвящена практике. Участникам предложили придумать свои варианты развития событий. И вот тут, по признанию самой Гаянэ Степанян, случился главный сюрприз.
Одним из самых активных участников вечера стала Милана Браво. В интервью после мероприятия она призналась, что столкнулась с таким произведением впервые, и оно её зацепило.
Только начало
Летняя мастерская Армянского музея — это не разовая акция, а целый цикл. Организаторы напоминают, что впереди еще две встречи, каждая из которых посвящена тому, как рождаются и работают истории — в литературе, анимации и музейном деле. Тех, кто посетит все три занятия, ждет приятный бонус — сертификат о прохождении Летней мастерской.
Пока же участники первого занятия по-новому взглянули на старого Туманяна. Оказывается, чтобы понять структуру великого текста, не нужно читать многотомные романы. Достаточно одной короткой сказки о женщине, которая вообразила смерть несуществующего сына, — и внезапно в этом абсурде увидеть себя.
Автор: Лаура Оганесян
Читайте по теме:
- Мурашки по коже и слёзы радости: в Москве прошёл вечер памяти армянского поэта Егише Чаренца
- Пианист Вардан Овсепян и певица Татьяна Парра выступят в Ереване
- На московском аукционе продадут картины Айвазовского

«Вы и убили-с…»: Гаянэ Степанян поделилась малоизвестными фактами о русской классике