Колумнист издания «Ереван Первый» Георг Хачатурян продолжает ностальгировать и источает сарказм
Наблюдение с утренней трубкой.
Все советские фильмы похожи друг на друга. Как части матрёшки. Знаете, чем? Они все без исключения были запрещённые. Оказывается.
Вот какой фильм ни возьми — все были запрещены. Все! А знаете, как мы их смотрели? Их же спасал случайно пробегавший мимо Брежнев. Не знали? Кто-то — неизвестно кто — зашвыривал ему на дачу кассету с фильмом. Бросал через забор высокий. В Завидово. Он гулял утром с собакой по даче — о, фильм. Посмотрим! Смотрел. И разрешал. Всё, запрет снят. А то все такие запрещённые. От Гайдая до Рязанова.
Советским людям не нужно было фитнесом заниматься. Их фитнес был — носить на руках автомобили с их кумирами. Несли машину с Валерием Ободзинским, глядят — о, машина с Владимиром Высоцким, давай и её понесём! Несли. Вытирали лоб, глянь — Муслим Магомаев. Понесли? Господи, Иосиф Кобзон. Несём? Несём.
Да, все актёры-мужчины были секс-символами. Вот все! От Георгия Вицина до Олега Ануфриева и все, кто между ними. Тихонов, Даль, Лавров.
По всем женщинам-актрисам все сходили с ума. Все! Даже дворовые собаки. Вот по всем без исключения. По всем! От Ирины Мирошниченко до Татьяны Самойловой и всех, кто между ними.
Да, и они обязательно ставили своим мужчинам ультиматумы. Или я или... Дальше нужное подчеркнуть. Алкоголь, твоя мама, квартира, эта мелированная выдра и т. д. И все мужья их беспрекословно слушались. Покорно выполняли ультиматум. Хотя любой ультиматум и отношения — вещи взаимоисключающие.
Все стали актёрами и актрисами случайно. Вот все! Пришли за компанию с подругами и друзьями случайно и поступили. Походя. Да, и все 5 лет учились тайком от родителей. Такой разговор был по утрам: «Ты куда?» — «Я на завод. Работать». А сам — во ВГИК на лекцию. И на экзамены. И так все 5 лет. А что за зачетка? А это не моя, дали поносить. Подруга. Моя полная тезка.
У всех мужчин на съёмках фильмов бывал инфаркт. И они обязательно ломали руку. Или ногу. Нужное подчеркнуть. Обязательно.
Да, а если съёмки шли на море — ну там «Три плюс два», «Пираты XX века», «Будьте моим мужем» и все остальные — все снимали в ноябре. Чтобы вода похолоднее и приходилось бы отгонять лёд от берега. Можно было бы, конечно, в июле или августе, но так неинтересно. Экстрим не тот.
И все были невыездные и запрещённые. Госкино всех запрещало. Их в чемоданах и багажниках возили в Канны, Венецию и Берлин. На кинофестивали. И давали призы. Украдкой. И в чемоданах же перевозили обратно. Они же невыездные. По легенде. Чтобы никто не догадался.
Это то, что пишут о советском кино.
Пути советского кино поистине неисповедимы.
Мнение редакции может не совпадать с мнением автора.
«Вернуть веру»: Гарик Оганисян помогает людям заново научиться ходить