Персоны 
AZ
Ильхам Алиев
«Какие жемчужины сокрыты от нас!»: Гаянэ Степанян рассказала о любви русских поэтов к Армении
Кому будет интересна эта статья:
тем, кто интересуется армянской и русской литературой;
тем, кому интересна история Армении;
тем, кому интересна связь русской и армянской культуры.
Литературовед Гаянэ Степанян рассказала о тесном переплетении русской и армянской культур
18 апреля в Библиотеке №8 имени Чехова в Москве в рамках ежегодной акции «Библионочь-2026» прошла лекция писателя, преподавателя литературы в Российском университете дружбы народов имени Патриса Лумумбы Гаянэ Степанян. Лекция «Армения и русские модернисты» была посвящена неизведанным граням взаимовлияния русской и армянской литератур.
Армянская земля с тысячелетней историей и самобытной культурой стала прибежищем и источником силы для многих представителей русского модернизма. В их числе Валерий Брюсов, Максимилиан Волошин, Константин Бальмонт. Все они находили здесь нечто большее, чем живописные пейзажи. Гаянэ Степанян раскрыла Армению как музу русского модернизма, оказавшую глубокое влияние на его становление и развитие. Подробнее – в репортаже «Ереван Первый».
«Братская помощь»
Гаянэ Степанян начала издалека. По ее словам, так называемый армянский вопрос стоял ещё до начала XX века и был связан с конфликтом между Россией и Турцией. В 1878 году закончилась русско-турецкая война, и спровоцировала борьбу западных армян за своё национальное освобождение. Турки ответили массовыми погромами, которые вызвали острый отклик у русской общественности. Тогда армянин Григорий Джаншиев, общественный деятель и историк, затеял журнал «Братскую помощь», с продаж которого хотел помочь пострадавшим.
Он пригласил к участию в журнале Льва Толстого, Антона Чехова, Климента Тимирязева, Константина Бальмонта, Дмитрия Мамина-Сибиряка и многих других. В иллюстрациях участвовал Иван Айвазовский. Журнал имел огромный успех, собрал 30 000 рублей. Это очень большие деньги по тем временам. На них было открыто 12 приютов в Западной Армении для сирот. То есть интерес к стране у русских писателей и поэтов был еще тогда.
А тем временем подбиралась уже Первая мировая война.
Насыщенный смертью край
«Для армян эта дата будет связана со своей трагедией. Тревожные звонки начались уже в 1908 году. Свергли султана, к власти пришли младотурки. Начались погромы, 30 000 армян погибло. И на это уже обратили внимание российские политики, выразившие намерение защищать армянский народ. Было очевидно, что Турция и Россия будут по разные стороны. И вот началась Первая мировая война», - рассказал лектор.
Россия вошла в Западную Армению и ужаснулась от увиденного. Армянского населения фактически не осталось.
Генерал-лейтенант Русской армии и поэт Александр Кулебякин написал тогда: «Я был в Ване с ноября 1915-го по март 1916 года. Невыразимо тяжёлое настроение навевает мне этот доклад! Озарённый, насыщенный смертью край. Но природа его скрашивает даже ужас запустения и гибели».
Русский сын армянского народа
Переходим к русскому модернизму. Армения с ее страшной трагедией очень заинтересовала пишущих людей тех времен. Армянские поэты в это время привлекают внимание великих русских коллег. Особенно всех восхитили Аветик Исаакян и Ованес Туманян.
А вот Валерия Брюсова нарекли «русским сыном армянского народа». Ереванский государственный университет языков и социальных наук не даром же его имя носит! А почему? Дело было так.
Армяне создали Московский армянский комитет в 1915 году, в самый разгар резни в Западной Турции. Они понимали: чтобы обратить внимание на беды своей родины, сподвигнуть людей на помощь, нужно заинтересовать своей культурой. В наше время это называется пиар.
И вот представители комитета пришли к Горькому:
«Максим, пожалуйста, помоги. Мы хотим сборник армянской поэзии издать на русском языке. Как Вы на это смотрите? Мы знаем, что Вы занимаетесь вопросами перевода».
А Горький отказал. Он уже занимался армянской прозой и просто боялся не вытянуть еще и поэзию. Но предложил им Брюсова. Ведь он переводил Верхарна, Берлена, Витлинка, Данте…
Армяне пошли к Брюсову. Но и тот отказался: «Где я и где Армения?» Однако представители комитета на него надавили. Он согласился, но с условием — ознакомиться прежде с армянским языком и изучить хотя бы в общих чертах историю армянского народа и литературу.
«Какие жемчужины сокрыты от нас!»
В 1915-м году он начал работу над сборником «Поэзия Армении с древнейших времён до наших дней». Работа была фундаментальная. Брюсов в ней был и переводчик, и редактор, он написал вступительный очерк, примечания, привлёк Бальмонта, Блока, Бунина, Иванова, Ходасевича.
И Ольга Брюсова, его супруга, вспоминала:
«За несколько месяцев занятий Валерий Яковлевич сделался восторженным поклонником армянской поэзии и армянского народа. Помню, с каким восторгом подыскивал Брюсов слова, которые передавали бы более или менее верно соответствующие звуки стихотворения».
И сам Брюсов потом сказал: «Вот теперь я понял, какие жемчужины сокрыты от нас».
«То, что сделал Брюсов, до сих пор остаётся в памяти. До сих пор университет носит его имя, и это положение дел вообще ничто поколебать не сможет. У армян два любимых русских писателя — Брюсов и Грибоедов. Я как-то была в командировке в Армении и спросила: «А в школах армянские дети читают Грибоедова?» Мне ответили: «Не могут не читать Грибоедова!». Это было возмущение, дескать, что за вопросы!», — рассказала лектор.
Мандельштам. Тоска по мировой культуре
Но если Брюсов — символист, то Мандельштам — это абсолютный акмеист. Акмеизм — это тоска по мировой культуре. Это означает, что пространство поэзии наполняется историческими, культурными деталями и всевозможными отсылками к древности. Понимать поэзию Мандельштама непросто.
В 1930 году его командировали в Армению, чему он был очень рад. Он ехал не просто в страну, где красивые горы, а в древнюю цивилизацию. Что появляется в результате этой поездки? Цикл «Армения» из 12 стихотворений и эссе «Путешествие в Армению». Мандельштам фактически первый поэт, который создал целостный образ Армении в своей поэзии.
Как писал Брюсов, армяне — великий культурный народ. Он был культурным ещё в те времена, когда Европа не знала ни французской, ни английской, ни чьей-то иной культуры.
«Вот этот всплеск интереса к армянской культуре начался с совершенно трагических событий. Трагические события остались в прошлом, а обе культуры — русская и армянская (Брюсов, Мандельштам, Саакян) — существуют в настоящем. Это для меня очень дорогая мысль, которая, кстати говоря, есть у Мандельштама — о вечном настоящем для культуры. Державин не умер, Чуян, Брюсов, Мандельштам — не умерли. И пусть многие вещи были призваны в жизнь через трагедию, но главное — они побеждают и боль, и трагедию. И искусство превозмогает это всё», — сказала лектор.
Автор: Лаура Оганесян
Читайте по теме:
В Италии установлена мемориальная доска в честь поэта Аветика Исаакяна
Фильм армянского режиссера Мартиросова получил гран-при фестиваля «Циолковский»
В Ереване открылась выставка к 90-летию Эдмонда Кеосаяна
Тема:
Персоны:
Литературовед Гаянэ Степанян рассказала о связи русских модернистов с Арменией