Повестка против детей: почему церкви не дали построить образовательный центр
Армянская Апостольская церковь нашла деньги и землю, чтобы открыть в Эчмиадзине детский образовательный центр «Тумо» на две тысячи мест. Но тут в дело вмешался парламент.
Совет старейшин Вагаршапата передал церкви в дар два участка земли, которые находятся рядом с церковной территорией и огорожены общей стеной. Церковь планировала построить на них центр филиал центра «Тумо». Это бесплатный образовательный центр для подростков, где учат программированию, дизайну, анимации и робототехнике.
Центр считается одним из самых успешных образовательных проектов в мире, а его филиалы работают в Армении, Европе, США и на Ближнем Востоке. Но 25 марта депутаты приняли поправки в Земельный кодекс, и теперь церковь не может получать государственную землю бесплатно. И хотя участки формально не принадлежат городу, процесс передачи земли заморозили.
Системный проект
Поправки в Земельный кодекс внесло Министерство территориального управления и инфраструктуры. В парламенте законопроект поддержали подавляющее депутатов. То есть за этим решением стоит системная работа правительства.
И вот, как только новый закон применили на практике, так сразу под удар попал детский проект. Даже не храм и не административное здание, а именно образовательный центр для детей. Причем финансировался проект полностью за счет благотворителей и государству это ничего не стоило. Однако вместо стройки церковь получила бюрократический тупик. И это только первый громкий случай, который показал, как новые правила работают на деле.
Что происходит между властью и церковью
Происходящее хорошо вписывается в контекст отношений действующей власти и церкви. В мае 2025 года премьер-министр Никол Пашинян публично обвинил Католикоса всех армян Гарегина II в связях с иностранными спецслужбами. В июне 2025 года сотни полицейских вошли на территорию Первопрестольного Эчмиадзина. Там ударили в набат, который ранее в истории церкви звучал только при вторжении чужеземцев.
В декабре 2025 года правительство одобрило ликвидацию телекомпании «Шогакат», церковного телеканала, который работал в Армении с 2011 года. А в феврале 2026 года парламентская комиссия одобрила поправки в Земельный кодекс. И вот случилось первое реальное применение закона.
За гонениями на церковь всегда начинается вакханалия
Поправки в Земельный кодекс приняли в конце декабря. А уже в феврале 2026-го в Ереване заговорили о первом крупном «Марше любви» ЛГБТ-сообщества (организация запрещена на территории Российской Федерации). Мероприятие запланировали на 7 апреля, на праздник материнства и красоты, сразу после Благовещения. Хотя, казалось бы, при чем тут красота, а тем более материнство!
Против сего действа, по разным опросам, более 70 процентов граждан. Но таковы издержки европейской демократии. В этой логике сначала ломают традиционные институты, потом централизованно и законодательно навязывают ценности, которые Армении не свойственны.
Церковь = народ
Более 90 процентов взрослого населения Армении являются прихожанами Армянской Апостольской церкви. Армения в 301 году стала первой в мире христианской страной. Церковь веками была тем институтом, который сохранял армянский язык, письменность, культуру. С верой армяне прошли через геноцид 1915 года, через войны, через потерю территорий. И вот теперь церковь мешает государству. Почему так происходит?
Ответ лежит на поверхности. Год назад парламент принял закон о начале процесса вступления в ЕС. А это не только торговля и визы. Это еще и жесткие стандарты. В том числе по части навязывания прав меньшинств и секуляризации общественной жизни.
И вот здесь церковь становится главным препятствием. Она говорит на понятном народу языке о традиционной семье, о вере, о памяти предков. И пока она сильна, навязать новую повестку быстро не получится. Поэтому ее всячески ослабляют. Лишают земли под образовательные проекты. Выводят из информационного поля. Поэтому история с «Тумо» — не ошибка и не бюрократическая проволочка. Это удар по институту, который мешает Армении стать «правильной» европейской страной.

Армен Гаспарян: в Армении сбываются мои самые страшные прогнозы. Но остался последний шанс