Проект «Великий Туран» представляет собой геополитическую концепцию объединения тюркоязычных народов и государств в единое экономическое, культурное и потенциально политическое пространство. Теперь он близок к воплощению в жизнь как никогда.

Идея уходит корнями в пантюркистскую идеологию конца XIX – начала XX века и предполагает создание транспортного и торгового коридора, связывающего Турцию с тюркскими республиками Центральной Азии через Азербайджан и Каспийское море. В современном контексте проект приобрел новое значение в условиях изменения глобальной архитектуры безопасности и переформатирования транспортных маршрутов между Европой и Азией.

Армения как препятствие

До недавнего времени Армения представляла собой серьезное препятствие для осуществления проекта «Великий Туран».

Географический фактор. Армения физически разделяет Турцию и Азербайджан, прерывая прямую сухопутную связь между двумя ключевыми тюркскими государствами. Отсутствие железнодорожного и автомобильного сообщения через армянскую территорию заставляло использовать более длинные маршруты через Грузию или Иран, что значительно увеличивало логистические издержки и время транспортировки грузов.

Политический фактор. Конфликт вокруг Нагорного Карабаха, закрытые турецко-армянская и азербайджано-армянская границы, отсутствие дипломатических отношений между Арменией и Турцией создавали атмосферу перманентной напряженности в регионе. Армения, будучи союзником России и членом ОДКБ, воспринималась как форпост российского влияния на Южном Кавказе, что усиливало геополитическое противостояние. Военное присутствие России на армянской территории и тесные экономические связи Еревана с Тегераном делали регион более сложным для реализации трансрегиональных проектов, альтернативных российско-иранским интересам.

Изменение курса при Николе Пашиняне

Национальная идея армян зиждилась на антагонизме с турками, на сакральной роли Армянской Апостольской церкви, на священном значении Карабаха для Армении и на требовании признания геноцида армян в Османской империи (1915 год). Чтобы достичь интеграции с турецким миром и через него с западным, нужно было демонтировать каждую из основ политического самосознания армянской нации. По мнению армянской оппозиции, премьер-министр республики занят именно этим.

После поражения в Карабахской войне 2020 года и последующих событий 2023 года, когда Азербайджан установил полный контроль над Нагорным Карабахом, правительство Пашиняна начало процесс мирных переговоров. Признание территориальной целостности Азербайджана, работа над мирным договором и демаркацией границ стали ключевыми элементами новой политики Еревана. Параллельно начался процесс нормализации отношений с Турцией. Пашинян публично заявлял о готовности к открытию коммуникаций без предварительных условий.

TRIPP (дороги Трампа) и проект «Великий Туран»

Транспортный коридор TRIPP (Trump's Roads In Peaceful Prosperity – «Дороги Трампа в Мирном Процветании») представляет собой амбициозную инфраструктурную инициативу, которая органично вписывается в концепцию «Великого Турана». TRIPP предполагает создание транспортной инфраструктуры, соединяющей Европу с Центральной Азией через Южный Кавказ.

Для Соединенных Штатов и их союзников этот проект решает несколько задач: создание альтернативных российским и китайским маршрутов товародвижения, укрепление экономических связей с Центральной Азией, минуя Россию и Иран, усиление влияния в стратегически важном регионе Каспия.

Внутриполитическая ситуация в Армении

Внутри Армении курс Пашиняна на участие в проектах региональной интеграции встречает серьезное сопротивление. Оппозиция связывает внутриполитические репрессии с необходимостью подавить несогласие с внешнеполитическим курсом правительства.

Конфликт с Армянской Апостольской церковью. Напряженность между правительством и церковью, выразившаяся в критике католикоса Гарегина II и попытках ограничить влияние духовенства, интерпретируется оппозицией как стремление устранить институт, который традиционно выступал хранителем национальной идентичности и скептически относился к сближению с тюркскими соседями.

Аресты оппозиционеров. Задержания лидеров протестных движений, активистов и бывших должностных лиц под различными предлогами оппозиция рассматривает как попытку подавить политические силы, выступающие против «сдачи национальных интересов». Особенно болезненно воспринимаются аресты ветеранов карабахских войн и представителей патриотических движений.

Закручивание гаек. Ужесточение контроля над СМИ, ограничение протестной активности, законодательные инициативы по контролю над НКО и гражданским обществом – все это, по мнению оппозиции, направлено на создание авторитарной системы, способной реализовать непопулярные решения в рамках проекта «Великий Туран».

Критики Пашиняна утверждают, что участие Армении в тюркском транспортном коридоре угрожает суверенитету страны, может привести к потере контроля над стратегически важными территориями (особенно в контексте Зангезурского коридора) и окончательно закрепит поражение в карабахском конфликте. Репрессии, по их мнению, необходимы власти для реализации этого курса вопреки воле народа.

Позиция России

Проект «Великий Туран» затрагивает жизненные интересы двух ключевых региональных держав – России и Ирана, которые относятся к нему с явной настороженностью.

Для Москвы создание тюркского транспортного коридора, минующего российскую территорию, означает потерю геополитического влияния на Южном Кавказе и в Центральной Азии. Кроме того, дистанцирование Армении от ОДКБ и сближение с западными партнерами воспринимается Москвой как предательство союзника и усиление влияния НАТО в регионе.

В то же время для Тегерана «Великий Туран» представляет двойную угрозу. Во-первых, транспортный коридор через Азербайджан и Армению конкурирует с иранскими маршрутами, лишая страну транзитных доходов и геополитических рычагов. Во-вторых, усиление пантюркизма несет риски для внутренней стабильности Ирана, где проживает значительное азербайджанское меньшинство. Иран последовательно выступает за сохранение территориальной целостности Армении и против создания Зангезурского коридора, который отрезал бы Иран от прямой сухопутной связи с Арменией и далее с Россией и Европой.

Вместо заключения

Проект «Великий Туран» представляет собой амбициозную геополитическую концепцию, реализация которой радикально изменит региональный баланс сил. Армения оказалась в центре этого проекта, превратившись из препятствия в потенциального участника. Однако путь к полной реализации проекта усеян препятствиями: внутриполитическим сопротивлением в Армении, противодействием России и Ирана, взаимным недоверием между странами региона. Наиболее вероятным представляется сценарий постепенной, частичной реализации проекта с сохранением элементов конкуренции и напряженности между различными геополитическими полюсами.